Арсений Яценюк: «Между Кучмой и Януковичем — огромная разница»

Лидер партии «Фронт перемен», народный депутат Украины Арсений Яценюк, в отличие от ряда депутатов, которые еще недавно были в оппозиции, а теперь присоединились к правящей коалиции, делать подобного не собирается. Наоборот, он считает, что оппозиция еще не сказала своего весомого слова. В эксклюзивном интервью «СН» он рассказал, что думает о новом законе о местных выборах, грядущих изменениях в Конституцию, свободе слова, украинско-российских отношениях и о позиции США в отношении Украины.

Кому это надо?

— Арсений Петрович, как вам принятый в первом чтении закон о выборах в местные органы власти? Кому он выгоден, к чему приведет его реализация?

— Этот закон легко прогнозируемый. По нему видно, кому он выгоден. То есть те, кто его готовил, просто посмотрели по данным Министерства юстиции, у кого зарегистрированы местные партийные организации. И получилось так, что, например, из 680 местных организаций «Фронта перемен» за год зарегистрированы только 18. Поэтому, чтобы отсечь от избирательного процесса нашу политическую силу и еще несколько политических партий, ввели определенную норму зарегистрированных за год организаций.

— Так все-таки, кому же конкретно выгодно принятие такого закона?

— Конечно же, в первую очередь — Партии регионов и правящей коалиции. То есть идет концентрация власти. Они взяли тотальный контроль над всеми избирательными комиссиями по принципу: не важно, как проголосуют, а важно, как посчитают. Это я уже проходил в Донецке, Луганске, Крыму, когда то, что подсчитали, оказалось вдвое ниже данных социологических опросов. Причем подсчитали ровно 2,99, чтобы не было трех процентов.

— А как вы восприняли реализацию в новом законе о местных выборах идеи Александра Лавриновича об удалении блоков из избирательного процесса?

— Позитивно. Это правильное решение. Что такое блоки? Посмотрите, что случилось с блоком НУНС. В одной фракции целых двенадцать партий. Нет партийной дисциплины, нет партийной идеологии. А ведь это главное в политике. Поэтому блоки — это рудимент, инструмент для того, чтобы войти в парламент, а не для того, чтобы проводить реальную политическую деятельность.

— С чем, на ваш взгляд, связан такой массовый переход оппозиционных депутатов в коалицию? Прямо паломничество!..

— Попросту говоря, у них кишка тонка. Эти переходы связаны с отсутствием политического авторитета и собственной идеологии. Они же в парламент не за политикой пришли. Вот мы и наблюдаем такую политическую безответственность.

— Сейчас, судя по заявлениям Виктора Януковича и его окружения, готовятся изменения в Конституцию Украины, которые призваны усилить президентские полномочия.

— Еще в феврале этого года я описал всю последовательность действий новой власти. Такое впечатление, что они или это прочитали, или я угадал. Первое, что было сделано, — это неконституционная коалиция. Второе — взятие под контроль правосудия. Третье — уменьшить свободу слова. Четвертое — ликвидировать неприкосновенность. И не для того, чтобы отбить охоту бандитам идти в Верховную Раду, а для того, чтобы было легче управлять депутатами. Пятое — изменения в Конституцию.

— К чему может привести монополизация всей власти Партией регионов? Мы возвращаемся к временам Кучмы?

— Это очень опасная вещь. Но это не кучмизм. Это совсем другая модель, другая форма. Между Кучмой и Януковичем огромная разница. Янукович был трижды у власти. У Кучмы не было такого мощнейшего финансового и медийного ресурса, который есть у нынешнего президента. В чем основной риск монополизма Януковича? Мне искренне жаль, что он этого не чувствует. Вертикаль власти сейчас предусматривает одно: личную и непосредственную ответственность только Януковича. С одной стороны, ты контролируешь все, с другой — отвечаешь за все. С третьей стороны — ты потом будешь нести не только ответственность за все, но и будешь собирать все камни, которые полетят в твою сторону. А они полетят. В Украине всегда не любили власть.

У оппозиции нет четкой позиции

— Не связано ли усиление власти с тем, что оппозиция демонстрирует свою слабость? Что она сейчас может сделать?

— Действительно, пока у оппозиции нет четкой позиции. Но это естественный процесс. Давайте вспомним Партию регионов в оппозиции. Это же было вообще жалкое явление. Ну просто плач Ярославны. Так мы лучше выглядим, чем они в свое время.

— Что вы вообще думаете о нынешней оппозиции? Какое место в ней для вашей политической силы? Согласны ли вы с утверждением, что Украине нужна объединенная оппозиция?

— Понимаете, все разговоры об объединенной оппозиции — не что иное, как попытка получить монополию на оппозиционную деятельность по аналогии с монополией на власть. Принимая решение о переходе в оппозицию, я поставил вопрос о формате такой деятельности. Что делать в оппозиции? Просто кричать, что власть плохая? Таких крикунов уже было много в течение 20 лет. Выходить на митинги? Это, наверное, интересно, только половина этих митингов просто за деньги формируется. Я не ставлю перед собой задачу критиковать все без исключения действия власти, тем более если они идут на пользу государству. Кажется, в наших реалиях я должен взобраться на танк и кричать: «Нет, ни в коем случае, это преступная власть!». Но тогда чем я отличаюсь от предшественников? Если будет предложена действительно качественная реформа и она станет для страны достижением в экономическом плане, в плане инвестиций, улучшения благосостояния населения, улучшения имиджа государства — то я выйду и скажу «браво!». В оппозиции ставлю перед собой задачу предложить реальную альтернативу власти и убедить людей в том, что есть надежда на изменения.

— По-вашему выходит, сейчас нет оснований для объединения оппозиции?

— Я пока таковых не вижу. Пока давайте бить с разных фронтов. Оппозиция может объединиться, когда, во-первых, будет избирательная кампания: она пройдет в парламент и объединится не для желания просто вернуться во власть, а для желания изменить страну качественно и сделать это лучше, чем сегодняшняя власть. Есть очень четкая формула. Любая оппозиция, раньше или позже, если она правильно работает, становится властью. Считаю, что есть несколько реперных точек, которые повлияют на судьбу страны: местные выборы и парламентская кампания 2012 года. Думаю, что после этой кампании в стране будет совсем другая коалиция, более профессиональная власть, будет другой курс и наступят реальные изменения. А до 2012 года я не ожидаю никаких изменений.

— Хорошо, вы не собираетесь объединяться, но конкурировать-то будете?

— Хочу сказать, что точно не собираюсь бороться с другими лидерами оппозиционных сил. Тимошенко борется за свое место под солнцем. Я не собираюсь бороться с ней. Я четко хочу это отметить. Мое дело — говорить с властью, доказывать ей, что она не права, и заставлять ее работать на страну. Вообще, когда власть начнет прислушиваться к оппозиции? Не тогда, когда появится еще один или два десятка оппозиционных лидеров, а тогда, когда люди почувствуют, что оппозиция говорит правильно.

— Как вы относитесь к идее Тягнибока и Наливайченко о люстрации оппозиции?

— Даже комментировать не хочу. Эти предвыборные идеи — просто бред.

О свободе выбора и слова

— Что вы как экс-министр иностранных дел думаете о нынешнем состоянии украинско-российских отношений? Одни говорят: они улучшились, другие — идет сдача национальных интересов...

— Для России они однозначно улучшились, для Украины — нет. Я не люблю руководствоваться такими штампами: предательство национальных интересов. Но давайте порассуждаем. Начнем с экономики. Покажите мне, где зарабатывает Украина? Где зарабатывает Россия, я вижу. Так мы все таки что-то получили в плюс или у нас отобрали те остатки, которые еще были?!

— А отношения с США? Вот к нам приезжала Хиллари Клинтон, встречалась с властью и оппозицией. Это свидетельствует о том, что Америка не собирается оставлять Украину в заложниках у России? Или политика Штатов изменилась?

— Понимаете, ни одна страна не должна ждать благосклонности от какого-либо государства. Она должна иметь свою политику, проводить ее в своих национальных интересах. То, что у нас происходит диалог с американскими партнерами, очень важно. Однако решение украинских проблем — исключительно в руках украинцев. И ждать помощи то ли от Соединенных Штатов Америки, то ли от Европейского Союза, то ли от Российской Федерации не только не стоит, но и не надо. Потому что внутриполитическая и внутриэкономическая стабильность зависит только от самой Украины. Мы поддерживали и поддерживаем диалог с США. О чем идет речь в этом диалоге? В первую очередь — о демократии в Украине. Это свобода слова, защита прав и свобод украинских граждан. Второе — это экономическое сотрудничество между нашими странами. Нам нужны инвестиции. Третье — программа сотрудничества с Международным валютным фондом. Ведь Соединенные Штаты Америки имеют довольно серьезное влияние на Международный валютный фонд.

— Кстати, о свободе слова и вообще о свободе. Не видите ли здесь каких-то негативных явлений?

— Они вполне объяснимы. Взялись за свободу политической деятельности — и в стенах парламента сформировали коалицию. Коалицию не фракций, за которые голосовали украинцы, а коалицию депутатов, которым было выгодно входить в ту или иную фракцию. Далее взялись за свободу слова. Помимо того, что отобрали лицензии, начали форматировать информационное пространство, стали бить журналистов. Дальше. Взялись за свободу предпринимательства, внесли «гениальный» Налоговый кодекс — это последняя удавка на шею украинской экономики. Взялись за свободу внешней политики. У Украины как независимого государства сегодня нет возможности проводить самостоятельную внешнюю политику, она стала элементом внешней политики другой страны. Взялись за наибольшее право украинцев, единственное право, которое осталось, — право выбора. Именно поэтому Партией регионов внесен законопроект, предусматривающий доминирование одной политической силы на территории украинского государства. Вроде строят демократию, но очень специфического стиля — авторитарную украинскую демократию. Я внес законопроект на трех страницах вместо более 200 страниц, которые внесла Партия регионов. Там очень четко все написано.

— Вы затронули вопрос о Налоговом кодексе. Чем он вам не понравился?

— Судите сами. Проекты Налогового и Бюджетного кодексов, внесенные Партией регионов, — свидетельство того, что все их предвыборные обещания и декларации о реальных реформах в Украине являются элементарной ложью. Налоговый кодекс — это не просто фискальный инструмент. С одной стороны, необходимо собрать налоги для того, чтобы содержать медицину, правоохранительную систему, дать человеку возможность нормально жить. А с другой стороны — для того, чтобы тот бизнес, который приносит эти деньги, работал, налоговая система должна быть стимулирующей, давать возможность развиваться экономике. А все, что предложено в правительственном проекте Налогового кодекса, — это образец Украины 1990-х годов: «Выжмем все, что можно выжать».